С ума сходила по ступенькам парка
Зима, заканчиваясь февралём.
Вошло в привычку в первых числах марта
У этой женщины вдруг тронуться умом.

И в лёгком приступе шизофрении
Кидать в прохожих мокрый липкий снег,
Тем самым доводя до истерии
Кишащий перед праздником проспект.

Вцепившись инеем в витрины магазинов
И в тротуар внезапным гололёдом,
Боялась встречи, теребя осины,
Сосульками срываясь на кого-то.

Но город проклинал её за холод,
Не понимал причины сумасбродства:
Зима любила этот хмурый город,
Страдая от душевного сиротства.

(Или: До нервного глубокого расстройства).

Она клялась себе быть беспощадней,
Быть злей и вьюже в следующий год,
Но долгожданный наступал декабрь,
И снова, радостно влетая в город,

Зима снежила, обнимая парки,
Следы сдувая поутру позёмкой,
В крещенский вечер становясь гадалкой,
А в Новый Год нарядной яркой ёлкой.

Но город называл её коварной,
Считал холодной, взбалмошной и скучной,
Не замечал отчаянного шарма,
Он к этой женщине был равнодушен.

И у зимы с тех пор вошло в привычку
От безысходности слегка сходить с ума.
Дождём в начале марта нервно хныча,
Прощалась с парком городским зима.